Марк Арно - Чемодан из Гонконга [ Межавт. сборник]

— Что?

Я еще раз прокричал ей. Она ничего не ответила.

— Ты поняла? — закричал я.

— Поняла, поняла. Что еще?

— Дай я поговорю с другой женщиной, миссис Данди…

— Ее здесь нет.

— Куда она уехала?

— Не сказала.

— Они уехали вместе?

— Да.

— Хорошо, Мама, береги себя.

Она положила трубку. Я сел на кровать и посмотрел в окно на противоположную сторону главной улицы. Взгляд мой уткнулся в «Бомба Клаб», где Бонни с Гретхен останавливались в тот вечер. Интересно, почему?

Что я должен сделать, так это пойти туда и попытаться что-то разнюхать. Но я знал, что это выше моих сил. На сегодня я полностью иссяк.

Я разделся до трусов, залез в постель и уснул. Спал я очень хорошо. Я спал, пока не наступил день, и когда я, наконец, разлепил набухшие веки и не торопясь оглядел комнату, все в ней было так же, как прежде, за исключением нескольких мелких деталей.

Белые кружевные трусики, белый бюстгальтер, коротенькие носочки, среднего размера розовая маечка и легкое розовое летнее платье беспорядочной кипой громоздились на кресле к юго-западу от моей кровати. Дверь в ванную была закрыта, оттуда доносился шум включенного душа.

Я перебрался на край постели, достал свой ключ и осмотрел его. Он был прицеплен к большой пластиковой бирке, на которой написан номер комнаты и название гостиницы. Читалось это легко, как и номер на двери. Без сомнений, это был мой номер.

Я положил ключ, перевалился на дальний край постели и стал ждать. Я прождал около пяти минут, а затем дверь ванной открылась и вышла Бонни Данди — розовая, чистенькая и совершенно голая.

Глава 9

Мы смотрели друг на друга; она стояла неподвижно, держа ручку двери, — вот и вся ее реакция.

— О, извините, что разбудила вас, — сказала она.

— А я что, не должен был проснуться?

— Ну вот опять, мистер Шофилд, — сказана она, — с вашей стороны некрасиво так говорить.

— Извини.

Мы еще немного посмотрели друг на друга.

— А теперь, когда я в сознании, — сказал я, — ты мне кое о чем расскажешь?

— Конечно, — кивнула она.

— Как это получается, что каждый раз, когда я натыкаюсь на тебя, ты раздета?

— Я не знаю, — потупилась она. — Просто совпадение, я думаю. Вас это беспокоит?

— О нет, — сказал я. — Это вроде даже приятно, на самом деле. Но — необычно.

Она почесала свою левую ступню розовыми пальчиками правой.

— Я вообще-то необычная девушка, — сказала она. — Такой и нужно быть, чтобы чего-то достичь.

— А как ты, черт возьми, достигла этой комнаты? — спросил я. — Просто остановилась, идя мимо, и взяла ключ со стойки?

— Ну, не совсем так. Понимаете, получилось, что я узнала, где вы остановились, и захотела поговорить с вами, поэтому я поднялась, но вы спали, и я решила принять душ.

Это объясняло все и ничего. Не то, чтобы это было слишком загадочно, когда я припомнил, как все было. Она могла взять мой ключ, когда Панчо послал меня в нокаут на дороге в Энсенаду.

— О-о, — протянул я. — Понимаю.

На полу возле стула лежала большая белая сумка. Она наклонилась и начала что-то искать. Меня начало покалывать, словно я только что сунул большие пальцы рук в розетку. Когда она выпрямилась, в руке у нее была пачка сигарет; она вытряхнула одну и закурила. Я первый раз увидел ее курящей.

— О чем ты хотела поговорить? — спросил я.

— О кое-каких вещах.

Она посмотрела на кончик сигареты, на меня, а затем просто на кровать.

— Что я собиралась сделать, — сказала она, — если бы пришлось очень долго ждать, пока вы проснетесь, — так это лечь отдохнуть.

Она не дала мне времени на раздумья. Она просто подошла, уронила сумочку возле кровати и залезла в постель с сигаретой и прочим. Мы лежали на спине, не соприкасаясь. Потолок был пустой и местами жирный, будто кто-то здесь раньше жарил бекон и летели брызги.

— Хочешь покурить? — спросила она.

Кровать мягко качнулась, когда она потянулась вниз к сумочке.

— Нет, спасибо, — сказал я.

Она затушила свою, неловко повернувшись ко мне спиной, чтобы загасить ее в пепельнице на прикроватном столике. Потом снова улеглась, и мы стали смотреть в жирный потолок.

— О чем ты хотела поговорить со мной? — спросил я.

— В основном, — сказала она, — о парочке мужчин в моей жизни.

— Включая меня?

— Вас тоже, но позже.

— Тогда, похоже, мне просто нужно будет подождать, — сказал я.

— Это недолго. В прошлом году, мистер Шофилд, я поехала в Мехико-сити с Кэрол.

— Слышал.

— В Мехико-сити, — продолжала она, — я познакомилась с тореро Эль Лобо. Это значит «волк».

— Знаю.

— Но он вовсе не был волком. Он вел себя совершенно как джентльмен, и он был великим тореадором. Я влюбилась в него.

— Понимаю.

— А он влюбился в меня.

— Как Кэрол восприняла это?

— Вовсе не хорошо, мистер Шофилд. Очень плохо она себя повела насчет всего этого.

— Ты сопротивлялась?

— Да, но, понимаете, бороться с Кэрол бессмысленно. Все козыри у Кэрол.

— Ты имеешь в виду что-то, с помощью чего она может держать тебя в руках?

— Да, мистер Шофилд.

— Я бы не хотел думать, что поставлю тебя в неловкое положение, но я знаю твою проблему. Кэрол мне сказала.

— Мою проблему?

— Да, с ребенком.

Наступила довольно долгая пауза.

— А… это, — протянула она.

— Я напомнил потому, что совершенно уверен — Кэрол никогда бы этим не угрожала.

— Да я думала совсем не об этом.

— А о чем ты думала?

— Не имеет значения. Имеет значение то, что произошло.

— Хорошо, — согласился я, — расскажи, что произошло.

— Теперь мы переходим к другому мужчине. Дон Луис Альварес, ранчеро…

— Эль Ранчо де лос Компадрес, — уточнил я.

— Да. Откуда вам известно?

— Я думаю, ты знаешь, откуда мне известно.

— Это не имеет никакого отношения к делу, — твердо сказала она.

— О-о, — сказал я.

— Из-за упрямства и неразумности Кэрол, — продолжала она, — для меня и Эль Лобо было невозможно назначать встречи. Она загоняла меня домой, словно я была ребенком. Она фактически сделала из меня узницу. Она хотела, чтобы я совсем забыла Эль Лобо. Конечно, я не смогла.

— Конечно, — кивнул я. — Ты переписывалась с ним?

— Да, тайком. А потом произошло нечто удивительное. Дон Луис — старый друг дедушки Эль Лобо — решил нам помочь.

— Как ты познакомилась с доном Луисом? — спросил я.

Она игнорировала вопрос и торопливо продолжила свой рассказ.

— Дон Луис сделал наши встречи возможными.

— Похоже, я понял, — сказал я. — Он распространил гостеприимство своего ранчо на тебя и Эль Лобо.

— Да!

— Пока Эль Лобо находился в Текате, всего полтора часа от дома, вы могли весьма часто встречаться.

— Со стороны дона Луиса было чрезвычайно великодушно помочь нам, — заявила она.

— Действительно. Итак, ты несколько раз ездила в Байя Калифорния?

— Не очень часто.

— Увидеть Эль Лобо?

— Конечно.

— С компаньонкой, естественно.

— Моя подруга, Гретхен Уайли, была столь добра, что сопровождала меня. Это было необходимо, чтобы тебя опекали. Иначе Эль Лобо посчитал бы меня обыкновенной потаскухой.

— О да…

Она повернулась, слегка задев своими коленями мои. Ее дыхание было теплым и приятно ласкало мне шею. Я услышал, как что-то невнятно бормочу.

— Что вы сказали? — спросила она.

— Я просто размышлял о Гретхен Уайли, бегающей туда-сюда, оставляя бедного Джорджа совсем одного там, в каньоне. Или он тоже ездил?

— Нет, Джордж оставался дома.

— В ванне?

— Откуда мне знать.

— Я и не имел в виду, что ты должна знать.

Ее голос изменился. Я посмотрел на ее лицо — она плакала. Я просунул руку ей под шею, она на мгновение прильнула ко мне, потом снова колыхнула бедрами, отворачиваясь. Ее правая рука осталась где-то внизу, как символ беспомощности — или одиночества.

— Извини, — сказал я. — Я не хотел тебя расстроить.

— Я думаю, эта была пустая трата времени, — сказала она, — таскать Гретхен туда и обратно. Я думаю, что на самом-то деле я и есть обыкновенная потаскуха.

— Нет…

Теперь она громко плакала, слезы лились из ее хорошеньких глаз мимо носа и собирались на ее сильном круглом подбородке. Только профессиональный садист отказался бы утешить ее. Я обнял ее одной рукой и попытался положить другую, но она отвернулась и продолжала плакать.

— Что бы вы ни думали, — всхлипывала она, — я действительно любила Эль Лобо.

— Я верю, — сказал я.

— Но Эль Лобо мертв.

— Если ты его любила, мне жаль.

— Он проделал такой путь в Лос-Анджелес, чтобы увидеть меня, а его убили!